Елена Комиссарова (adzhaya) wrote,
Елена Комиссарова
adzhaya

Categories:

Большой пост о "Ночи охотника" Ч.Лоутона. Ч.1

Что сомненья? Что тревоги?
День прошел, и мы с тобой -
Полузвери, полубоги -
Засыпаем на пороге
Новой жизни молодой.

(с) Н.Заболоцкий, "Меркнут знаки Зодиака", 1929г.

В преамбуле моего текста все ники кликабельны (содержат ссылки на соответствующие посты).
Скриншоты взяты отсюда и у alexbuk.

На триллер Чарльза Лоутона (1899-1962) «Ночь охотника» нельзя было не обратить внимание благодаря посту иркутянина Александра Владимирова karandash38, где в хронике мирового кинопроцесса мелькнула такая информация: “Писатель Жан Жене и актер Чарлз Лоутон становятся единственными в истории “гениями одного фильма”. Оба снимают только одну, но великую картину: Песня любви (1950, Жан Жене), Ночь охотника (1955, Чарлз Лоутон)”.

За “Песнь любви” Александру Владимирову моё отдельное спасибо. О своих впечатлениях написала здесь: ссылка.

Отзывы жж-стов о «Ночи охотника» дают противоречивую, но объективную совокупность наблюдений.
С.В.Кудрявцев kinanet особо отмечает раздражающую дуальность, двуплановость фильма, в том числе контраст благостного финала тревожному строю основной части.
illa_anna заострила внимание на поверхностности, простоте, нарочитости приёмов повествования, могущей вызвать у зрителя реакцию отторжения. Пожалуй, это приёмы, рассчитанные буквально на детей. Учитывая, что фильм мне понравился, я теперь многое о себе знаю:) Кстати, «Ночь охотника» вошла в десятку лучших фильмов для тинейджеров до 14 лет по версии Британского киноинститута (ссылка).
great_segun, наоборот, назвал фильм волшебным, причём именно по той же причине, по какой illa_anna сочла «Ночь охотника» типичным голливудским лубком:) “Силуэт убийцы, медленно едущего на лошади и распевающего песни о Боге, набожные фермеры, наставления Пауэлла своей жене о разврате и похоти - все это создает чрезвычайно интересную атмосферу, отличный фон действия, разворачивающегося в фильме. Причем, не поймите меня неверно - я не какой-нибудь маньяк-религиозный фанатик, эта атмосфера прежде всего музыкальна и как-то подсознательно действенна, в том смысле, что она не является наставлением, а является очень красиво сделанной иллюстрацией, эдаким художественным приемом”.
humus указал на то, что маньяк гонится фактически за СВОИМИ деньгами, которые детьми присвоены неправедно хотя бы потому, что на деньгах есть кровь. В контексте отношения маленького героя «Ночи охотника» к принадлежности навязанных отцом денег это очень важное замечание!
lazzo_fiaba отмечает направленность Зла на детей и лёгкость, с которой Зло управляется со взрослыми.
В отзыве kolossal сделан акцент на удушающей атмосфере истеричной религиозности, характерной для “одноэтажной Америки” начала 1930-х.
arsenk восхищён только преподобным маньяком в исполнении Роберта Митчума - самым ярким образом среди персонажей "Ночи охотника".

В любом случае, "Ночь охотника" запомнилась зрителям.
Вот описание телевизионного ремейка Дэвида Грина (David Greene, США, 1991, цв., 96 мин.) с Ричардом Чемберленом в роли Гарри Пауэлла: ссылка.


Критики и оппоненты Лоутона, безусловно, по-своему правы. «Ночь охотника» требует слишком большого внимания к разнородным аллегорическим деталям, что не соответствует жанру семейного триллера.
Так какую тайну скрывает ясная, страшная история бегства слабого от сильного? Проблески этой тайны видны, имхо, не только в расстановке акцентов, но и в странных логических несообразностях и излишествах сюжета.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Дальнейший текст состоит из одних спойлеров и понятен только тем, кто смотрел фильм.

Дети – центральный лейтмотив «Ночи охотника». Изначально это лейтмотив... крови и насилия.
Так, развёртывание сюжета фильма начинается с детской игры в прятки, прерванной нахождением трупа матери.
Угроза благополучию детей – мотив Бена Харпера совершить вооружённое ограбление банка и двойное убийство. Причём охранник тюрьмы испытывал к своим детям примерно те же чувства и пошёл ради них на опосредованные убийства, ведь бывший шахтёр добровольно стал работником карательной системы, готовящим приговорённых к казни.
Дети – единственные в городке, кто открыто преследовал Джона и Перл и вообще плохо к ним отнёсся после казни отца, и этим они, конечно, озвучили подслушанные перешептывания своих родителей.

Но постепенно образы детей очищаются от влияния поступков взрослых. И тогда мы видим маленьких персонажей предоставленными самим себе и действующими по внутренним побуждениям. Голодные дети-бродяжки, смиренно протягивающие ручки за варёной картофелиной. Смятенная девочка-лолита и её расцветающее тело. То есть, дети, нуждающиеся в доброжелательном внимании взрослых. В финале фильма дети-гусята послушными колобками катятся по тротуару за гусыней, которая спешит найти отбившегося птенца и вывести всех из опасного места.

Фильм Чарльза Лоутона задумывался как страшная версия «Сказок Матушки Гусыни». То есть как сказка, но не фольклорная, а литературная – “дидактическое произве­дение на основе нефольклорного сюжета”. Нефольклорный сюжет взят конкретно из романа Дэвиса Александра Грабба (1919-1980) “Синяя Борода из Тихой Долины” (“The Bluebeard of Quiet Dell”), а на уровне высших образцов и аллюзий – из книг Ветхого и Нового Завета. Задействованы, как минимум, следующие сюжеты: истребление младенцев по повеле­нию Ирода и чудесное спасение младенца Моисея на реке. Плюс сентенция апостола Матфея об узнавании дурных и добрых деревьев по плодам их.
А управляться с логикой страшной сказки должно было подсознание, сно-вИдение главного героя, тинейджера Джона Харпера. Это особенно отчётливо видно в ночном эпизоде бегства детей из дома к реке. Снятая рапидом (т.е. нарочито замедленная, затруднённая) пробежка малышей в ирреальном тумане сопровождается словно бы поднесёнными к их ушам звуками освобождения отчима-зверя из западни.



Сказка не только жанр «Ночи охотника», но и ещё один лейтмотив. Когда Джону нужно рассказать сестрёнке сказку на ночь, он придумывает аллегорию собственных тревог и рассказывает историю о короле, который велел сыну убить всякого, кто приблизится к королевскому золоту (заметьте, именно убить, а не прогнать – вот как воспринял Джон отцовское завещание!). Соответственно, и литературные сказки (библейские рассказы из уст мисс Купер) мальчик воспринимает как отражение своей личной истории, так что плывущий в корзине по Нилу младенец Моисей логично замыкает для Джона эпопею младенца Иисуса, спасаемого от царя Ирода. Надо ли говорить, что незнание Джоном обоих этих сюжетов странным образом контрастирует с якобы повышенной религиозностью его матери и её работодательницы Айси Спун.

Ох уж эта Айси Спун! Это она уговорила Уиллу Харпер вступить в новый брак так быстро после смерти мужа. Это она принимала на веру каждую ложь маньяка-проповедника Гарри Пауэлла. Это она первой продемонстрировала авторитарный стиль общения с ребёнком, бросив Джону Харперу на пикнике фразу “Делай, что тебе говорят!”, а затем уже Пауэлл в брачную ночь отослал Уиллу к зеркалу словами “Делай, что я сказал!”. Это Айси Спун открыто рассуждала о своём равнодушии к плотской стороне брака, причём её реплики оказались столь неуместны и столь неприличны, что вывод из них может быть сделан только один – таким способом престарелая дама дала понять местным кумушкам, что Пауэлл привлекал её именно как мужчина, по контрасту с собственным никчемным тряпкой-муженьком Уолтом. Наконец, именно Айси Спун организовала митинг линчевателей (это, вероятно, цитата из «Ярости» Фрица Ланга 1936г.: толпа ограниченных американских обывателей беснуется и направляется к тюрьме, чтобы линчевать заключённого).
Айси Спун – квинтессенция воспитывающей социальной среды. Самоуверенная. Авторитарная. Навязывающая ложных кумиров. Пресекающая попытки жить своим умом. Сама невыносимо, до смешного грешная. Желающая тебе только добра и готовая растоптать за неповиновение.

Но Лоутон далёк от того, чтобы сделать представителей старшего поколения воплощением мещанской ограниченности. Силы добра представлены в «Ночи охотника» ещё одним пожилым персонажем – алкоголиком Бирди Стипто, живущим в дощатой хижине на маленькой барже.

Удивительно, но добрый старина Бирди – одно из слабейших мест драматургии фильма, на первый взгляд. Нет ни одного сюжетного хода, для которого “дядя Бирди” был бы реально необходим.
Лодку чинить пацан мог бы собственными силами (и действительно, чем ему ещё целыми днями заниматься, раз он после казни отца не ходит в школу?).
Впервые узнать, что в городке появился чужак, Джон должен был в любом случае именно в тот самый момент и в том самом месте, как это произошло в фильме, так как и сам направлялся в пансион Спунсов, чтобы забрать Перл у матери.

Для эпизода с ловлей хищной рыбы старик тоже не требовался, мальчик и сам бы рыбу поймал.
Что с того, что Бирди нашёл труп в реке? Информация дальше него не пошла, и труп камера снимала не сверху, а преимущественно фронтально, как бы глазами кинозрителя, а не персонажа. До самого конца фильма последнее прибежище Уиллы оставалось тайной кинозрителя.
Да, старик напился от страха и не смог вовремя помочь детям, но его алкогольные пристрастия и не скрывались изначально, так что спецстимулы дяде Бирди для выпивки не требовались.

Если очистить этот персонаж от функций, выполняемых им в сюжете на правах “рояля в кустах” (первое известие о Пауэлле, починка лодки, нахождение трупа Уиллы), то останутся три действия Бирди Стипто, которые в фильме предназначено выполнить только ему одному. Это 1) полушутливое звание дяди, 2) обещание защитить, 3) демонстрация акта убийства во время рыбалки. В дядюшке Бирди сомкнулись противоречия той модели семьи, которую выстроил в своём сознании Джон. Некровнородственная (духовная) близость и готовность на крайние меры (готовность убивать) кажутся ребёнку надёжным оплотом, однако более серьёзным фактором оказывается индивидуализм, приводящий “семейные отношения” к краху. Понятно, что после всего случившегося Джон уже никогда не позволил бы дяде Бирди замещать главу семьи.


Впрочем, не старенький алкоголик Бирди, а импозантный зрелый красавец Гарри Пауэлл претендует на роль нового отца Джона.


Гарри Пауэлл – фигура, наиболее чётко и ясно описанная всеми художественными средствами фильма. В первую очередь, он зверь (буквально, волк в овечьей шкуре), садист-манипулятор (подвергает жертв психологическим истязаниям) и беспотомный импотент.

Продолжение см. в следующем посте (ссылка).



Tags: 1950-1959, маньяки в кино, потёмки нежного детства
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments