December 20th, 2007

Адела

Apocalypse Now. Redux / 1979-2000 / реж. и про­дю­сер Фрэнсис Форд Коппола

Апокалипсис сегодня Новая режиссёрская версия = Apocalypse Now. Redux
Про­дол­жи­тель­ность 195 мин.
Военная драма. США, 1979, перемонтаж 2000.
В ролях: Мартин Шин (капитан Уиллард), Марлон Брандо (полковник Курц), Лоуренс Фишберн, Деннис Хоппер, Роберт Дюваль, Фредерик Форрест, Сэм Боттомс, Деннис Хоппер (фотожурналист).

Капитан Уиллард направлен в Камбоджу с секретным приказом найти и убить полусумасшедшего полковника Курца, создавшего в отдаленном районе что‑то вроде собственного королевства насилия. Так началось апокалиптическое путе­шествие капитана с командой катера по реке во вьетнамских джунглях, кишащих хищниками четвероногими и двуногими.

Побаивалась смотреть, думала там по сравнению с прежней версией групповуха какая-нибудь добавлена, а оказалось - всё более чем щадяще.
Само собой, Коппола не оставил никаких оправданий своим соотечественникам. Поэтому самое интересное - как отзывались о фильме сами участники военных действий (но я об этом понятия не имею, чего и огород городить).

Вертолетная атака на фоне музыкальной темы "Полет валькирий" из вагнеровской оперы о Нибелунгах считается одной из сильнейших военных сцен в мировом кино, но на меня произвела не столь сильное впечатление. Сума­сшедший серфингист был страшней всех своих вертолётов вместе взятых.

Лежащая на поверхности ассоциация - с "Пляжем" Дэнни Бойла. Наркотики, серфингист, земля счастья, самообманы... Теперь понятно, откуда у "Пляжа" ноги растут.

Подроб­ные съёмки вертолётной атаки с позиции атакующих - предвосхищение видеоигр-стрелялок. Или в 1975-1979гг. они уже были?

Внешний сюжет - путешествие пятерых мужчин сквозь охваченные войной джунгли по реке - навёл на мысли об "Агирре - гнев божий" В.Херцога (1972). Но это сходство внешнее, формальное. Важнее, конечно, внутренний сюжет - путешествие пятерых мужчин по кругам Ада, где они и сами не ангелы. Это именно отдельные круги Ада, каждый со своим значением и своей философией. Драматургически очень сложный материал, великолепно поставленный. В 1970г. Р.Олдрич тоже снял фильм-путешествие "Слишком поздно герой" с группой военных, пробирающихся через джунгли, но такой глубины философского обобщения не достиг.
Чтоб избежать неправильного словоупотребления, напомню: Апокалипсис (греч.) – Откровение. Книга святого Иоанна Богослова, содержащая такие знаменитые цитаты, как "и судимы были мертвые... сообразно с делами своими", "И отрёт Бог всякую слезу с очей их... ибо прежнее прошло" и описание небесного Иерусалима, куда не будет доступа грешникам. Я не знаток хэппи-эндов, но это похоже на хэппи-энд.

Итак, в каких словах в наши дни написал бы своё "Откровение" Иоанн Богослов? Когда истеричный повар из Нового Орлеана голосит на всю реку, что его место у плиты, а не на войне, – разве это не признак того, что Апокалипсис не всеобщий? Бацилла войны оказалась не такой и заразительной.

Да, СРЕДСТВА той войны более ужасны, чем средства предыдущих войн. Но разве хоть когда-нибудь люди сопротивлялись самой идее войны так массово? Эти солдаты без командира, разве они выбрали себе кого-то, кто организует их в боеспособное подразделение? Они не хотят быть боеспособными, вот и всё. Генштаб может тужиться как угодно, но рядовой состав плюёт на отсутствие офицеров, а офицеры сходят с ума. Армия пожирает сама себя изнутри.

Вьетнамцев не обличили в их злобном действии ни разу. Как они руки отрубают, или ещё как добрым американским визитёрам гадят. Так только, стрелы и копья из кустов в адрес тех, кто только что за здорово живёшь расстрелял нескольких безоружных крестьян.
Нам показали школьников в белых рубашечках, которых до смерти перепуганные учительницы эвакуируют при первом сигнале тревоги. Нам показали рыдающую от страха девчонку, совершившую героическое гранатометание и с визгом улепётывающую от матюгающихся вертолётчиков. Показали женщину, от горя протягивающую раненого ребёнка его убийцам в надежде на помощь. Показали женщину в лодке, испугавшуюся, что повар обидит щеночка. Нам там вообще одних баб показали, если говорить об актёрах-вьетнамцах, играющих хотя бы крохотульные эпизоды. Ещё была реплика Уилларда о том, что нельзя победить людей, для которых предел счастья - горсть холодного риса. И реплика плантатора о том, что нельзя победить народ, который просто хочет, чтоб ты ушёл, - по-хорошему или по-плохому, им всё равно.

Фильм держит внимание зрителя небольшими деталями, ломающими стереотипное восприятие. Особенно запомни­лись две из них: 1) новоорлеанский кулинар и Ланс одевают-гримируют стриптизёрок под свои идеалы с эротических картинок - не кидаются на почасовое женское мясо, как я ожидала, а устраивают себе сеанс возвышенной плотской Лю, 2) умирающий командир катера пытается задушить Уилларда - а не выжимает из себя что-нибудь напутственно-трога­тельное, как я опять-таки ожидала.
Образ этого речного капитана, кстати, показался уж очень неоднозначным. Сначала по бабам идти отказался, потом по негритёнку обрыдался весь. То ли суровый семьянин-протестант, то ли тайный люби­тель негритят... Хочется думать, что первое. Собственно, это совсем не важно, так, наблюдение.

Зачем Коппола ввёл эпизод с французской плантацией? Только этот эпизод объясняет, за что там французы, а вслед за ними и американцы, бились. Иначе – нищие туземцы в джунглях и смысла никакого. А там было что делить, французы-каучуководы тому пример.

Такие вот личные наблюдения.
Адела

Ван Хельсинг. США-Чехия, 2004. Реж. Стивен Соммерс

Ван Хельсинг Как бы мистический триллер. США-Чехия, 2004. Реж. и сценарист Стивен Соммерс. В ролях: Хью Джекман (Габриэль Ван Хельсинг), Кейт Бейкинсейл (Анна), Ричард Роксбур (граф Дракула), Дэвид Уэнем (послушник Карл).

Продолжительность 126 мин.

Меланхоличный борец с нежитью всех мастей, вечно молодой Габриэль Ван Хельсинг только что расправился с монструозной ипостасью доктора Джекила – людоедом мистером Хайдом.
Но его задача – не уничтожение чудовищ, а, по мере возможности, спасение падших душ. Он – воспитанник и агент соответствующего тайного не то католического, не то надконфессионального ордена, вооруженный всеми чудесами науки и техники XIX века.
Его следующее задание – помочь выполнению древней клятвы одного из дворянских родов Трансильвании. Род Валери столетиями защищал Трансильванию от вампиров, но так и не смог извести родоначальника расы ночных кровососов – графа Дракулу. Если последние потомки семейства Валери (прекрасная воительница Анна и её брат) оба погибнут, так и не уничтожив бессмертного и неуязвимого вампира, все когда-либо жившие представители их достойного рода лишатся райского блаженства на веки вечные... Тайный орден не может допустить такой несправедливости.
Способ убить Дракулу всё же отыскался, но история усложняется, когда перед Анной и Ван Хельсингом встали нравственные дилеммы – 1) можно ли убить оборотня, невинно страдающего от своего проклятья, 2) можно ли положить на алтарь правого дела жизнь сотворённого Франкенштейном из фрагментов мертвых тел весьма добродетельного и благочестивого создания, если тайна его (т.е. данного создания) искуственной жизни – залог процветания расы вампиров.
Тем временем Дракуле осталось только заполучить тайну Франкенштейна, чтобы вдохнуть жизнь в первое поколение своих детей – маленьких кровожадных горгулий...

Фильм-комикс, комикс и ещё раз комикс. Отдельные сцены хороши и динамичны, спецэффекты обильны, актёры сексапильны, но всему вместе не хватает целостности и зрелищного нерва.
Авторы замахнулись на такие темы, которые невозможно хоть сколько-нибудь раскрыть в рамках комикс-фэнтези-боевика. Тут вам и ПРОТИВЛЕНИЕ злу насилием в масштабах общественной организованности и научной обоснованности (и хотя они там в Ордене не МАРКСИСТЫ, но всё же, всё же, всё же...),
...тут и Ван Хельсинг оказался, буквально, КАРАЮЩЕЙ ДЕСНИЦЕЙ Господней (так вот ты, десница, какая – одна, в пыльной шляпе и с мечтой об отпуске – Габриэль = архангел Гавриил),
...тут и ПРАВО мыслящего существа на жизнь и душу (монстру Франкенштейна жить дозволили, потому что он от лампочки питается, а Дракуле на лампочку не повезло, так ату его, окаянного!), 
...и оборотничество как бесноватость (ибо зло погубляется в этой истории только злом).
Если последний мотив худо-бедно обкатан в триллерах (взять хотя бы срывание Джеком Николсоном оберега в «Волке»), то первые три годятся для трёх отдельных хороших психологических драм с тщательно прописанными монологами. Ван Хельсингу же позво­лено разве что ходить с загадочным грустно-усталым лицом, да бой-бабе Анне перед ним в разных героических позах изгибаться.
Комикс есть комикс, выше головы не прыгнет. Получилась очередная «библия для бедных». Слава богу, продюсерам хватило ума сделать финал повозвышенней и попечальней, а то бы совсем фильм пропал.
Вывод: в одну телегу впрячь неможно коня и трепетную лань, хотели умно, тонко, сложно, а получилась дрянь.