June 9th, 2016

Адела

Рауль и оскал капитализма

Фильм, сделавший мне день, - "Eating Raoul" (США, 1982, реж. и соавтор сценария Пол Бартел).
На русский язык название непереводимо, поскольку зависит от контекста. То ли "Поедающий Рауль", то ли "Поедая Рауля". Словом, кто кого сожрёт в мире мелких капиталистических хищников. [Переводческий СПОЙЛЕР]В фильмовой базе Кинопоиска остановились на втором варианте. Спойлерщики окаянные!
Супружеская пара явно знавала лучшие времена, но конкретно сейчас оба на мели и вот-вот сорвётся план завести мелкий ресторанный бизнес. Мир несправедлив к хорошо воспитанным людям с чувством собственного достоинства. Приходится бессильно наблюдать, как хозяевами жизни провозглашают себя мерзкие развязные свингеры по соседству на этаже. Ходят вусмерть пьяные туда-сюда, навязываются, мельтешат, каждый день новые лица... хм... кто заметит, если они станут пропадать вместе с бумажниками? Так стартовал небольшой бизнес по утилизации аморалов и их бумажников. И всё бы шло своим чередом, но прокравшийся ночью в квартиру воришка Рауль обнаружил упакованные с вечера трупы и повернул дело в свою пользу.
На наших экранах цветущая длинноногая жена, бесцветный муж-пухляш, горячий симпатяшка-мексиканец и чернейший интеллектуальный юмор. И если это не мелодрамка, а физиологический очерк, то всё что угодно может произойти в истории о высокоморальных серийных убийцах, да ещё и стилистически оформленной а'ля порнокомедия!

vlcsnap-2016-06-08-18h41m24s169 vlcsnap-2016-06-08-18h12m52s169
Адела

Ник Фрост и танцы-шманцы-обжиманцы

Танцуй отсюда! / Cuban Fury (Великобритания, 2013, реж. Джеймс Гриффитс)
Актёр Ник Фрост и его семь пудов живого веса танцуют сальсу. Танцуют плохо, даже чудовищно плохо, но с улыбкой, и это типа оборжака и мимими, потому что поставлена благая цель отбить достойную женщину у самодовольного коллеги по офису, мастера вербального насилия.
Нет, я всё понимаю, толстые мужчины комплексуют и готовы бросать вызов своим комплексам. Но почему было не позвать в такой фильм толстого гавайца? Многие удивятся (только не я), но толстые гавайцы танцуют лучше, чем иные чемпионы. Ну да, конечно, кинозвезда здесь Ник Фрост, ему и отплясывать при нулевой растяжке. Чёртов маркетинг, испортили фильм. А так было бы интересно посмотреть на настоящее меряние сексапилами офисных управленцев с разными внешними и весовыми данными. Сделать же конкурентно сексапильным Ника Фроста не поможет ничто, сколь бы хорошим парнем ни был его персонаж. В результате всё моё внимание было отдано речевым практикам конкурента-абьюзера, с невиданным усердием понижавшим самооценку главгероя, и нового приятеля-гея, программирующего собеседников на дружбу-симпатию взамен убогой толерантности.

vlcsnap-2016-06-07-21h47m16s82 vlcsnap-2016-06-07-21h48m46s224

Спортивным кинотанцам в комедийном жанре вообще мало везёт. Есть же ещё "Танцы без правил / Strictly Ballroom" База Лурмана (1992), где стройный молодой танцор разрушил красоту классики некими новаторскими "новыми па", уродливыми необычайно. Помню, смотрела, пересматривала и не могла понять, действительно ли Лурман до такой степени презирает дурачков-зрителей, которые верят всему, что им артикулировали в диалогах. Новаторские па?! Протрите глаза, над вами же смеются. Правда, у Лурмана вся эта подстава с подменой понятий как раз и даёт самый кайф, когда видишь, что в случившемся повинен не молодой танцор-дурак, а коррумпированный геронтократ от судейства.
Адела

Дело для начинающего Гулливера

Дело для начинающего палача / Případ pro začínajícího kata / Case for a Rookie Hangman (ЧССР, 1969, реж. и сценарист Павел Юрачек)

Никогда не пыталась прочесть "Путешествия Гулливера": когда во мне проснулся интерес к прозе 18 века, Свифт тут же проиграл в конкурентной борьбе маркизу де Саду.
К счастью, википедия, неоценимый источник мудрости, просветила целым абзацем информации к размышлению. Знающие люди настаивают, что Гулливер сначала прибыл на летающий остров Лапута, заселённый лишённой практической хватки интеллектуальной и политической элитой, а потом уже спустился к плебсу в терзаемую псевдоинтеллектуальными профанами страну Бальнибарби. Но что произошло бы, навести Гулливер плебс и элиту в обратном порядке и уже в 20 веке? Именно этот эксперимент поставил автор, чей замысел вызревал в начале-середине 1960-х, т.е. в годы наивысшего расцвета альтернативного чешского социализма, и получил своё завершение на фоне психологического стресса от насильственного краха общенациональных надежд.

Collapse )