October 15th, 2018

Адела

Слёзовыжимательное

Мемуар про обрыдательные хиты советской эстрады.

Под "Два брата" на стихи Виктора Максимова в исполнении Эдуарда Хиля рыдалось без стопроцентного катарсиса. Категорически не согласна с тем, как Хиль исполнял строку "Пуля бессловесна. Поди, пожалуйся…", потому что он делал её частью экспрессивного монолога младшего брата, а не отстранённым комментарием рассказчика, как я бы предпочла.
То ли дело "Лебединая верность", которая была у меня на пластинке в исполнении композитора Евгения Мартынова. Слёзы ручьями, Мартынов жёг напалмом. В общем, все умерли.
Но... если раньше воображение возносило историю лебедя-самоубийцы на уровень эпического сказа, то теперь слышится в этой песне что-то гламурное, взятое со страниц женских сказочных журналов про ЗОЖ и смысл сущего, нечто из области "сначала счастливо, потом в один день".
Только недавно обнаружила, что "Лебединую верность" пела и София Ротару. Женский голос усиливает ассоциации с женским журналом, так что не буду о грустном.
А вот где София Михайловна взяла меня за горло раз и навсегда, так это с той песней, где она кричит "Алексей, Алёшенька, сынок!" - "Баллада о матери". Как в детстве расплакалась до уровня истерики, так до сих пор без дрожи вспомнить не могу.
Подумать только, что сейчас Ротару многие только по "Червоной руте" и "Лаванде" вспоминают, если вообще вспоминают.