Елена Комиссарова (adzhaya) wrote,
Елена Комиссарова
adzhaya

Categories:

XVI конференция белорусистов в Петербурге

В понедельник 9 июня 2008г. в конференц-зале Российской национальной библиотеки (Садовая, 18) состоялась XVI международная научная конференция "Санкт-Петербург и белорусская культура". 
Этот научный, а также и общественный, форум ежегодно проводится в РНБ при участии Санкт-Петербургской ассоциации белорусистов. Материалы предыдущих конференций составили три тома "Белорусского сборника" РНБ, сейчас готовится к печати четвёртый выпуск сборника.
Вступительное слово на открытии XVI конференции произнёс доктор филологических наук, заведующий Отделом редкой книги РНБ, специалист по книжной культуре Великого княжества Литовского Николай Викторович Николаев. 
Фактически, именно Николаю Викторовичу принадлежит заслуга в становлении и популяризации данного научного форума, в продвижении межинституциональной программы исследования радзивилловского наследия в Петербурге, в ряде иных начинаний в сфере белорусистики и книговедения. В настоящее время Н.В.Николаев готовит к изданию свою новую книгу "Белорусский Петербург".
Большая общественная значимость деятельности Н.В.Николаева заслужила не только признательность научного сообщества, но и удостоена награды русской православной церкви: митрополитом Минским и Слуцким Филаретом ему был вручён орден Святителя Кирилла Туровского II степени. Так была отмечена успешно претворённая в жизнь инициатива Н.В.Николаева по чествованию пятисотлетия "Десятоглава" Матвея Десятого - первого белорусского кодекса Библии, работа над которым была завершена в 1507 году. 
"Десятоглаву" была посвящена предыдущая, XV, конференция "Санкт-Петербург и белорусская культура". Следующую конференцию решено посвятить юбилею "дизунии" - акции русского правительства по возвращению униатских приходов в лоно православной церкви (1839г.). Эта дата имеет прямое отношение к истории петербургских библиотек, ведь в их фонды поступали отдельные книги и целые коллекции из упразднённых униатских собраний.
Отмечу также, что аналогичным орденом 12 мая 2008г. был награждён и московский белорусист-книговед Ю.А.Лабынцев.

В программе нынешней конференции заявлено два десятка докладов разнообразной тематики. К сожалению, у меня не было возможности остаться на весь день, и заслушать удалось только первые девять выступлений из прозвучавших.
Поскольку моя область научных интересов связана с историей и условиями бытования славянской книги, наибольший личный интерес вызвали следующие сообщения:
Кибинь Алексей Сергеевич, аспирант СПбГУ, "Этничность Верхнего Понеманья в X-XI столетиях";
Рубан Юрий Иванович, доцент СПбГУ, преподаватель Минской духовной академии, к.и.н., кандидат богословия, "Первопечатные белорусские Служебники (1583 и 1598 гг.): особенности формирования в аспекте литургического богословия";
Ткаченко Мария Ивановна, главный библиотекарь РНБ, "Старопечатные календари в библиотеке Сапегов";
Скиннер Барбара (Skinner Barbara), профессор истории Университета Индианы (Индианаполис, США), "Белорусский униатский приход в конце XVIII века".
Аспирант А.С.Кибинь и библиотекарь М.И.Ткаченко выступали на белорусском языке. Доцент Ю.И.Рубан и профессор Б.Скиннер читали доклады на русском.

Сообщение А.С.Кибиня вызвало мой книговедческий интерес в связи с тем, что содержало важное рассуждение о так называемых "ятвягах" - полумифическом племени балтийского происхождения, расселившемся в эпоху раннего средневековья на территории нынешнего польско-белорусского пограничья. Первым из русских князей нехороших соседей ятвягов угомонить отправился Владимир в 983 году. Его примеру последовал и Ярослав Мудрый. 
Возрождение "ятвяжского самосознания" среди населения белорусского Полесья - общественно-политический проект радикально мыслящих представителей белорусской интеллигенции. Впервые он обсуждался ещё в начале ХХ века и вновь возродился в конце 1980-х. Частью проекта стало продвижение так называемого "полесского языка", а успех продвижения зависел, главным образом, от количества и качества публикаций на этом региональном микроязыке. Поскольку лично я пару лет назад опозорилась атрибуцией брошюры "Русински лементар" (Варшава, 1907) как украинской, в то время как она - одна из немногих полесских, история окаянных ятвягов задевает моё воспалённое эго.
В отличие от одного литовского историка, считавшего название ятвягов производным от слова "ятва" ("земля"), имеющего непонятное происхождение и никак не отражённого в балто-славянском лексическом фонде, А.С.Кибень, - исследователь молодой, но отличающийся скрупулёзностью и последовательностью изложения, - с уверенностью предположил, что "ятвягами" называлась конкретная социальная группа этнически неоднородного населения Верхнего Понеманья, а именно - речные пираты, и название их происходило от слова "ятвись" ("речной якорь"). Древние русские сталкивались с ятвягами примерно при тех же обстоятельствах, что и с варягами (А.С.Кибень назвал также и два неизвестные мне из школьной программы слова "буряги" и "колпяги"). Даны, норманны, мурмоны - все они были для русских варягами-купцами и варягами-пиратами, но отличались по этническому признаку (кстати, варягами считались и контактировавшие с Русью балтийские и полабские славяне). Такими же набежчиками были и ятвяги, только пробирались не по морю, а по рекам.
Помните, как в школе нас мучали историей Урарту? Небольшая древняя цивилизация, мало чем примечательная и никак не повлиявшая на расцветшую столетия спустя в тех же краях армянскую культуру. Если бы армяне прозябали в безвестности, без мобилизовавшего нацию турецкого геноцида, как знать, не пригодилась бы им благородная память о несуществующих урартийских корнях.
Так, для национального самосознания хорватов огромное значение имело "иллирское" движение 1830-1840-х годов. Гордость за цивилизованное население Иллирской провинции Римской империи, истреблённое ещё до прихода хорватов на Балканский полуостров, помогла консолидировать единую нацию Хорватии, Славонии, Далмации и Истрии. Правда, под иллирскую раздачу чуть не попали словенцы, которым хорваты пытались отказать в языковой самостоятельности... Зато почти все знаковые хорватские книги XIX столетия появились именно в 1830-1840-х годах - в период иллиризма.

Сообщение М.И.Ткаченко о печатных календарях из библиотеки семейства Сапег в Кодне (самый ранний календарь - 1729г.) в очередной раз напомнило, как тесно переплетены судьбы библиотек Радзивиллов, Сапег и других знатных родов Беларуси. Владелец календаря из собрания РНБ, канцлер Великого княжества Литовского Ян Фрыдерик Сапега (1680-1751) был мужем Констанции Франчишки из Радзивиллов (1697-1756). Оба супруга имели собственные экслибрисы. Библиотека Констанции ныне хранится в Библиотеке РАН, вместе с несколькими книгами из коллекции Яна Фрыдерика.

Сообщение Ю.И.Рубана о соотношении православных и прокатолических элементов в первопечатных славянских Служебниках - сербском 1519г., белорусских 1583 и 1598гг., московском 1602г. и украинском 1604г. - носило бы для меня чисто академический характер, если б не теоретико-книговедческий комментарий. Выявляя в Славянском фонде БАН печатные Библии, я не задумывалась, почему публикации полного перевода священных книг славянские народы православной конфессии уделяли меньше внимания, чем католики и протестанты. Оказывается, для православных первостепенное значение имело соответствие канону Требников и Служебников. Соответственно, именно на Требники и Служебники стоит обращать основное внимание при историко-книговедческом анализе соответствующих книжных коллекций.

Исследовательница белорусского униатства, представительница американской славистики Барбара Скиннер приковала внимание аудитории тонким анализом труднодоступного по понятным причинам источника из фондов РГИА. Низовое звено униатской церкви - приход - изучать очень трудно именно ввиду бедности источниковой базы. Униатская церковь действовала на территориях с преимущественно сельским, неграмотным населением. Вкупе с низким образовательным цензом священников и потерями в ходе мировых войн, письменные источники по этой важной странице белорусской истории редки и отрывочны. Госпожа Скиннер проанализировала два корпуса источников - 1) визитационные документы униатских епископов, 2) рапорты об униатских приходах, составленные по уездам в конце 1797г. согласно распоряжению императора Павла, желавшего навести порядок на окраинах Российской Империи. Совокупность этих источников даёт широкую панораму имущественного положения униатского прихода, количества прихожан, социального состава священнослужителей.
Меня, конечно, интересовало, указаны ли в рапортах 1797г. фамилии священников - очень интересуют семейства Жаб и Лопациньских, особенно Жаб. Некий Юзеф Жаба герба Косьцеша, по моим предположениям, появился на свет где-то в Дисненском уезде Минской губернии в конце XVIII или начале XIX веков. Очень нужны сведения об этом Юзефе - он собрал интересную книжную коллекцию, а сведений о нём почти ноль.
Профессор Скиннер отметила основное отличие в социальном составе белорусского униатского священства - нередко светское (обычно шляхетское) происхождение. В России большинство священников являлись сыновьями священников. Моя версия - если шляхта отдавала сыновей в семинарии, значит был закрыт путь в военную службу.
Subscribe

  • Об эмоциональных аспектах современной российской ютуб-журналистики

    Вступив в партию невключающих телевизор, рано или поздно примыкаешь и к партии смотрящих публицистический Ютуб. Когда собственные ютуб-каналы…

  • Шоу бонсая

    "Вы не понимаете. Это не я заперт тут с вами. Это вы заперты здесь со мной". (с) классика Шоу Трумана / The Truman Show (США, 1998, реж. Питер…

  • Не в кобылу корм

    Кстати, всё-таки досмотрела аниме-сериал "Евангелион". Легче не стало. Ничего не поняла, желание понимать не возникло, к финалу мёрла со…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments