Елена Комиссарова (adzhaya) wrote,
Елена Комиссарова
adzhaya

Categories:

Бремя белого человека (одиночество)

Мертвые = The Dead: Зомби-фильм. Сценаристы братья Ховард и Джон Форд, режиссер и продюсер Ховард Форд. Великобритания, 2010, цв., 105 мин.

Фильм не плох и не хорош. Удар на гривенник, но замах на рубль, да и гривенник, пожалуй, серебряный. В смысле воспитательной направленности и сексуальной нейтральности подходит для детской аудитории. Скажем, лет с 11-12 вполне можно смотреть, если родители демократично разрешают осваивать фильмы со сценами насилия и изуродованной плотью.

Зомби-апокалипсис в Африке. Зомби классические: мёртвые, "медленные" и вечно голодные.



Выживальщики - немолодой военный авиамеханик лейтенант Брайан Мёрфи, а заодно и нравственно безупречный сержант местной армии Даниэль Дембеле и его малолетний сын.



В незаросшем виде и в профиль актёр Роб Фримен по типажу слегка напоминает Хью Лори, мужчину с маленьким подбородком. Берти Вустер среди афрозомби! Это была бы тема...:)





Фильм с дёрганой камерой и метафороёмким монтажом, обычно резаным и перекрёстным. Смотреть было тяжеловато. Но интересно.

1. Экономия эмоций.

В "Мёртвых" даже в моменты самообороны жестокие действия по умерщвлению зомби поданы скорее как акты гуманизма, имеющие санитарное и душеспасительное значение. В фильме нет агрессии и ненависти к ходячим покойникам, нет азарта в их истреблении.
Но это только восприятие зрителя. Сами персонажи весьма энергичны в самозащите. Тем не менее, отсутствие азарта чувствуется, и отталкивает часть зрительской аудитории, рассчитывавшей как раз на взрыв эмоций.



Постепенно уничтожение зомби превращается в весьма избирательные акты, и уничтожаются только те ходячие покойники, чьи карманы могут иметь полезное содержимое, т.е. зомби в военной форме. Хотя элементы личного отношения при этом исключены, разборка главгероя с бросившим его без помощи вооружённым молодым сослуживцем внешне выглядит как классический акт мести и неутолённой ненависти. Фактически же это первая сознательная акция выживальщика по добыванию припасов у зомби, в данном случае фляги с водой.



2. Конструируя зомби-апокалипсис в Африке, нельзя уйти от политических тем и экзотических реалий... или можно уйти?

Братья Форды отважились на внутриафриканский дискурс. Правда, он у них получился каким-то западно-ориентированным, причём даже не в смысле обсуждаемых реалий, а в смысле способа мышления.



По-моему, вполне нормально, что африканец из такого-то племени Даниэль требует от первого встречного белого (т.е. Брайана) отчёта о политике западных держав в условиях всеафриканской гуманитарной катастрофы. Не нормально - строить диалог двух местных жителей на тему окружающего хаоса как обмен ничего не значащими и не развивающими тему сентенциями. Оригинальности дискурса в этом не найти, ведь не обязательно быть неграми, чтобы говорить банальности.

Есть сцены оперативных (и, на мой взгляд, в целом разумных) действий местных военных в заражённых посёлках. Однако военные вовсю тратят патроны, а методы экономически эффективной зачистки зомби орудиями сельхозтруда не реализованы, и это в аграрной-то стране! Не знаю, может авторы побоялись ассоциаций с резнёй в Руанде...

Есть грустная иллюзия-идиллия сельской гражданской самообороны, благословлённой местным профи-колдуном. Но колдуну разрешили только чуть-чуть постоять в глубине кадра, а реплик или хотя бы игры мимикой ему не дали.

Есть совершенно неожиданное одёргивание со стороны воцерковлённого африканца в адрес белого агностика: "Не поминай имя Христово всуе!".

В итоге, африканский зомби-апокалипсис, как получилось у Фордов, не имеет никакой особой африканской специфики, и даже присутствие колдуна не изменило подхода к построению сюжета. Дескать, люди есть люди, зомби есть зомби. А я так скажу: кино есть кино, и будьте любезны строить художественный мир, а не экранизировать воображаемый доклад комиссии ООН. Словом, чисто африканской специфики мне лично не хватало. Да хотя бы небывало сытых гиен, вяло жрущих трупы у обочин... стайки ручных деревенских мартышек, шарящих вкусняшки в одежде у зомби... и чтоб колдун признался, что не понимает происходящего, а у Даниэля чтоб было две жены, несколько детей и дофига племянников.

По правде говоря, меня крутило и в трубочку сворачивало от желания услышать гоблинскую озвучку на сюжет апокалиптического нашествия соискателей пособий в Европу. Что-то вроде "Товарищ, не подскажете, здесь пособия выдают?", "Вам в другой кабинет", "Куда прёшь, я с пятницы занимал!", "Я, я с номерком!", "Инвалидам без очереди! - Тут все инвалиды. - А я беременный инвалид!", "Мужчина, вас здесь не стояло!"... Ужасно мешало смотреть.



3. Дифференциация риска быть заражённым.

Апокалипсис апокалипсисом, но передающаяся через укус эпидемия всё-таки не имеет характера чумы. По аналогии, на поражённом СПИДом африканском континенте в группе риска должна быть наиболее сексуально активная часть населения.
Действительно, особенность кастинга "Мёртвых" - африканцы-зомби почти сплошь молодые мужчины.







В принципе, это логически оправданно. Именно ополчение из молодых мужчин должно первым терпеть поражение в пылу обороны каждого города, посёлка, фермы, и пополнять ряды заражённых. Соответственно, последними выжившими должны быть женщины, дети и старики.





Это, на первый взгляд, никак специально не обыграно. Но среди финального пафоса всё-таки мелькает мысль, что последние рубежи обороны достанутся тинейджерам под руководством мудрых старцев. Смычка поколений дедов и внуков, с пропуском облажавшегося поколения отцов.
Впрочем, если приглядеться, среди эвакуированных тоже немало молодых мужчин и такие статисты охотно красуются в кадре.

Да, не всё так просто. Смотрите, шествующий первым зомби-старец одет в аккуратную свежую рубашку и застёгнут на все пуговицы. Явно руководил обороной или готовился руководить. (На самом деле, наверное, переволновался перед съёмками, наорал на жену за неглаженную рубашку, сбегал подстричься и побриться, купил новый дезодорант и рассказал всем соседям, что будет сниматься в настоящем кино:)). В любом случае, видно, что товарищ суровый и заслуженный, не гопник какой-нибудь. Чуть позади папаши - слегка помятый зомби-сын в простой футболке. Местные бизнесмены, надо полагать, раз уж у них была машина-грузовичок. На заднем плане тётка с порванной щекой. С тётки даже тюрбан не слетел, при этом она топлесс, а юбка - в виде традиционного полотнища, обертываемого вокруг бёдер. На мужчинах нет амулетов, а на шее женщины висит какая-то штука. Словом, цивилизованные мужики не смогли спасти свою дремучую мать семейства. Лучше бы на грузовичке смылись, покидав в кузов барахлишко и домочадцев. Но это через их урожайное поле продирался главгерой. Земледельцы, от земли побоялись оторваться... Считываемый месседж: африканский социум не столь уж мобилен и не столь уж жаждет оторваться от корней, как это представляется любителям паниковать из-за обилия переселенцев в Европу, ...но немобильные, укоренённые и верящие в поступательность развития обречены.



4. Тема социальной ответственности.

На фоне накопленного опыта зомби-постановок заметное отличие фильма братьев Форд - пренебрежение выигрышным драматизмом сцен предательства, двуличия, изощрённого коварства, бандитизма и мародёрства. Таких сцен попросту нет, и ни одного удара в спину ни разу не последовало.
Более того, когда здесь военные спасают женщин и детей, они делают это не в целях последующей сексуальной эксплуатации. Просто вооружённые мужчины считают необходимым и правильным спасать безоружных женщин и детей. Такое тоже бывает, хотя очень обременительно; но всё-таки приятно, когда такой вариант тоже рассматривается.



Вот Брайан и Даниэль обследуют одиноко стоящий дом. Окровавленные доски прибиты к дверному проёму изнутри, а снаружи дома валяется труп. Какая-то христианская белая семья из трёх взрослых человек, покусанных пришельцем извне, сама себя замуровала, чтобы не стать такой же угрозой. Совершить самоубийство, ясное дело, не решились, ибо смертный грех. Но "после нас хоть потоп" - не довод для людей с совестью. Хотя бы замуроваться, но постараются.







5. Наступивший зомби-апокалипсис не есть сплошной хаос.

Обычно подвергшуюся нападению толпу показывают как деятельно паникующее сообщество в состоянии броуновского движения. "Мёртвые" - не исключение. Соответствующие сцены поставлены так, что все бегут вместе, но умирают в одиночку.







Однако, в "Мёртвых" присутствует и поведение противоположной формы: виктимность, сломленная воля, оцепенение. Это психологически дискомфортная для зрителя модель, к тому же сомнительной достоверности. Форды ею не злоупотребляют, просто рассматривают как вариант среди прочих вариантов.
Понятно, что индивидуальная воля к выживанию бессильна перед сокрушительным натиском паникующей толпы. А вот среди оцепеневшей толпы сильные духом имеют шанс поступить по своему плану и попробовать спастись. С этой точки зрения открытый финал "Мёртвых" не так уж и запредельно пафосен. Хотя, конечно, пафосен запредельно. Вообще-то, тема уже до самого дна вычерпана мрачным драконо-фэнтези "Власть огня".

6. Игра в чужие архетипы.

Важный аспект фильмов с оттенком постапокалиптики - возрождение патриархальных и даже животных способов выживания. В данном случае применены более подходящая для пустыни одежда бедуина и безопасный ночлег на дереве.





В свете социально-политических аллюзий такое направление зомби-тематики может завести куда угодно. У Фордов получилось довольно интересно и вдохновляюще, потому что естественнонаучным опытом жителей саванн и пустынь охотно пользуется житель цивилизованных краёв. К тому же, Брайан буквально учится у мёртвых. В случае с чёрным бедуинским балахоном учится практическим вещам, а посредством духовного символа (амулет надежды в виде скульптурки рукопожатия) ещё и общечеловеческим ценностям, главная из которых - не быть одиночкой, а вливаться в коллектив.



Само собой, в ход идут величественные африканские ландшафты, среди которых повелитель болтов, шестерёнок и электропроводки наполняется первозданным духом чего-то там и бла-бла-бла.



Нет, он не стремится оставаться в гордом одиночестве посреди развалин не оправдавшей себя цивилизации. Что он, отец Фёдор с колбасой на крымском утёсе, что ли? В мире праздношатающихся зомби приходится слишком энергично оглядываться. В одиночку расслабиться невозможно, и от этого может захлестнуть волна отчаяния.



Но потребность в напарнике, компаньоне, товарище перестаёт рассматриваться как базовая потребность в общении и эмоциональной поддержке. Теперь это в первую очередь залог взаимного выживания, прикрытая спина и суровое мужское братство. Без обмена репликами, клятвами и подробностями биографий. И если надёжный, не склонный к панике и истерикам компаньон найден, впереди героев ждут либо быстрая смерть, либо вереница разумных действий по заранее согласованным правилам, и никак иначе.
Примерно так и начиналась римская цивилизация, согласно её же легендам.

Это, думается, и есть какая-никакая удача сценария "Мёртвых". На протяжении буквально одной недели главный герой логично и разумно совершает круговой путь от крушения всех форм цивилизованности до возрождения их в прежнем виде. Птица-феникс наша цивилизация, или хотя бы есть такая надежда.
Tags: 2010-2019, зомби в кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments