Елена Комиссарова (adzhaya) wrote,
Елена Комиссарова
adzhaya

Category:

Воспитание тонких чувств художественным словом

Шутки в сторону, пришла пора поговорить о стихах в виде поэзии. Это наичестнейший пост, в котором все цитаты приведены по памяти, со всеми ошибками (за которые мне совершенно не стыдно).
В детстве стихи читала с таким же удовольствием, как и прозу. При условии, что мне интеллектуально доступны завлекательность сюжета и общая красота идеи. Соответственно, стихи про природу не любила, там же нет сюжета. За исключением "На красных лапках гусь тяжёлый, задумав плыть по лону вод, скользит и падает. Народ" над ним ухохатывается. Это всегда пожалуйста.
В соревновании Пушкина с Лермонтовым, как ни странно, победил Лермонтов. Поэмы! Свирепые горцы и томные горянки! Два джигита разошлись во мнениях по вопросу женской чести, их сцепленные клубком тела нашлись только после мумификации, "в одном узнали Бекбулата, никто другого не узнал".
Я рыдала.
Поэтическим потрясением небывалой силы стал крохотный сборничек стихов слепого поэта Эдуарда Асадова. Особенно влекло стихотворение про брошенную хозяином собачку.
"Труп волны снесли под коряги. Старик, ты не знаешь природы: ведь может быть тело дворняги, а сердце чистейшей породы".
Я рыдала.
Как назло, в школе в это время по программе полагалось насладиться "Муму". Психологическая травма, сами понимаете, не зарубцевалась по сей день.
Тут подоспел толстый сборник Лонгфелло.
"Но труп, навеки вмёрзший в лёд, нашла собака через год. Рука сжимала стяг, застыв, и тот же был на нём призыв: Excelsior!"
Я рыдала.
Лонгфелло, как всем известно, особенно славен "Песнью о Гайавате" в переводе Бунина. Из "Песни о Гайавате", которую я с разбегу одолела аж процентов на 50, пока не заскучала, отчётливо помнится только мондамин. Кажется, это кукуруза, а не имя персонажа, но разве в этом суть? Главное, что и тридцать лет спустя примерно правильно пишу слово Гайавата.
К слову сказать, ещё до казуса с мондамином и Гайаватой, как сейчас помню, очень нравилась книжка "Калевала" с цветными картинками, даром что в прозаическом изложении. Там обитали Йоукахайнен, Лемминкайнен, Илмариинен, Куллерво и вредная бабулька Лоухи. Та ещё компашка, я вам скажу. Художник с большим сладострастием нарисовал чёрно-зелёную картинку к эпизоду "рыдающая старушка-мать пытается оживить разрубленное на куски тело Лемминкайнена". Эту страницу старалась пролистнуть побыстрее. Покойный Лемминкайнен блистал голым торсом в зелёных отсветах, а меня это смущало.
От отца в наследство достался шеститомник Маяковского. Но после детской книжки с картинками "Что такое хорошо и что такое плохо" футуристическая ритмика не привлекала. А жаль. Для развития речи, наверное, было бы неплохо.
Моей самой любимой строкой во всей освоенной части мировой поэзии была и остаётся"Я поведу тебя в музей, - сказала мне сестра". Ни строчки из стихотворения дальше никогда не знала, а на музей и сестру мгновенная эндорфинная реакция до сих пор. Обожаю. То ли набор гласных и согласных воздействует, то ли ритмика, не знаю. В любом случае, пристрастие чисто музыкальное, с образом Ильича никак не связанное.
Последний из любимых поэтических текстов - "Сирано де Бержерак" в переводе Щепкиной-Куперник. Я рыдала.
Tags: книги в виде литературы, мемуары, стихи в виде поэзии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments