Елена Комиссарова (adzhaya) wrote,
Елена Комиссарова
adzhaya

Categories:

Кайдан (Япония, 2007, реж. Хидео Наката)

Российский дистрибьютор на обложке DVD написал "арт-хоррор", то есть припечатал скромную мелодраму из жизни привидения и его жертв ярлыком постмодернизма или чего похуже. Однако, в комментах у Богдана насмотренная в кайданах illa_anna утверждает, что фильм Накаты производит впечатления олдскульности.
Одним арт-хоррор, другим олдскульность, но может ли такое быть?
В такие моменты динозавриха псевдонаучного киноблогинга вроде меня ощущает некое возбуждение. Приподнимается хохолок, краснеют перепонки на подкрылках, судорога в когтях левой задней, и снова ноет старый шрам в складках подбрюшья. Словом, захотелось сверить терминологию. А то мало ли.
Пазл сложился. Весьма олдскульное кино с весьма постмодернистской начинкой. Поэтому, подобно "Последней волне" П.Уира, "Кайдан" Накаты опасно смотреть, если не с кем сверить впечатления. Может случиться умножение сущностей в области трактовок увиденного и останется ощущение недосказанности, ведущее к раздражительности, неврозу и потере смысла жизни. Словом, дальше много спойлеров, интересных только тем, кто уже смотрел фильм.

Один самурай одолжил крупную сумму у ростовщика на пару-тройку лет под большой процент, судя по хронологии событий - на женитьбу. Когда кредитор явился за своим вложением, должник убил его и в землю не закопал и надпись не написал, а сбросил тело в омут Касанэ, откуда ничто и никогда ещё обратно не выплывало. Поэтому всё осталось шито-крыто, и две дочери покойного ростовщика выросли в убеждении, что папаша просто так куда-то делся и бросил их на произвол судьбы.
Но папаша перед смертью всё-таки успел принять некоторые меры - проклял своего убийцу. Самурай свихнулся и зарезал жену, а потом и себя, оставив круглой сиротой младенца-сына Синкити.
В японских проклятьях не сильна, но судя по дальнейшему, падают они минимум на три поколения, так что всё ещё только началось.
Во взглядах японцев на ростовщичество тоже не сильна, степень невинности старичка-процентщика ставлю под сомнение автоматически.

Двадцать пять лет спустя старшая дочь того самого ростовщика Тоёсига, - хорошо сохранившаяся старая (но не невинная) дева лет сорока, а то и сорока пяти, - начала открыто сожительствовать с двадцатишестилетним Синкити. Папенька его одалживался и долгов не отдавал, только это сынуля и унаследовал. Но папашин самурайский гонор для Синкити, слава богу, не идеал, мальчик вырос среди нравственно здоровых ремесленников и мелких торговцев, так что по мере сил специализировался на уличной торговле табаком в розницу и трудолюбиво под ветром и дождём сколачивал клиентскую базу на тех двух-трёх улицах, где все его знали в лицо с детства. Разница в возрасте Тоёсиги и Синкити окружающих смутила мало, наоборот, все посчитали, что голодранцу крупно повезло и только из-за хорошенького личика. Тоёсига всё ещё красотка, дама уважаемая, талантливый педагог и владелица маленькой частной музыкальной школы. Женитьба на таком лакомом кусочке молодому выскочке не светила, само собой: она при деньгах, а он всего лишь сын психа, зарезавшего жену.



а) Мнение Синкити о поступке отца за весь фильм ни разу не будет озвучено, но, конечно, он знал, что является сыном сумасшедшего женоубийцы.
б) На самом деле, Синкити сын не сумасшедшего, а очень даже расчётливого корыстолюбивого убийцы, в этом природная суть, заложенная в геноме. Сумасшествие и женоубийство - следствия воздействия внешней силы. Но этого как раз Синкити не знал.
в) Если немолодая дама содержит молодого любовника, то неизбежен гендерный перевёртыш социальных ролей. И действительно, Синкити суждено быть мужчиной, которого женщины берут к себе в дом на содержание, а не наоборот. При том, что парень вовсе не стремится быть дамской игрушкой и не чурается тяжёлого физического труда. Но нет, хватают, тащат в койку, кормят плюшками и наряжают в новенькое кимоно. Мальчики, прекратите завидовать с таким злорадством, ему же обидно.


Это первые 20 минут почти двухчасового фильма. Ну ладно, живут во грехе, кого этим удивишь. Однако среди женщин, с которыми теперь знаком Синкити, Тоёсига старше всех. Младшая незамужняя сестра так и норовит в гости забежать, а ученицы в школе вообще сплошь девчонки на выданье, так глазками и стреляют. И на ком же им в стрельбе глазками упражняться, бедняжкам? Поблизости только Синкити ликом прелестен, каждый день сыт, одет в натуральный шёлк и ничем не занят.



Дальнейшее предсказуемо. Тоёсига прикипела сердцем к улыбчивому и скромному мальчику-содержанке и мысль о том, что какая-нибудь мерзавка помоложе его перехватит, язвит её душу. (Фигасе мальчик! Уже под тридцатник вообще-то.)
Особых поводов Синкити не подавал, но ревность, зеленоглазое чудовище, и так далее. Так от злости и померла. Я, говорит, и после смерти никому тебя не отдам, любую твою пассию изведу.



а) Мы-то ждали, что Тоёсига напоследок успеет запрыгнуть в последний вагон и таки родит ростовщику и самураю общего внука, которого ростовщик заранее необдуманно проклял. Или хотя бы сестра её младшая совратит податливого Синкити и усложнит сюжет банальностями. А вот фиг нам. Синкити сама добродетель и кругом образцовый мальчик. Но всё ещё никому не отец. Наверное, по теме общих внуков для проклятых и проклявших есть какой-нибудь другой кайдан.
б) Отказать парню в законном браке (и, соответственно, отказать в праве на наследование имущества), но требовать посмертной верности... это как-то слишком. Ополоумела тётка. Нахалка какая, а? Феодальный менталитет в сфере секса, пфуй.
в) Принеси Синкити обет посмертной верности и выполни его, остался бы бездетным. Собственно, стать монахом и замолить грехи отца, - подходящий вариант для мальчика с настолько серьёзной детской психологической травмой. Только представьте, как какой-нибудь местный сплетник рассказал малышу подробности смерти родителей: "Синкити, ты всё равно что сын Чикатило!"... Но этого в фильме нет вообще. Синкити пытается быть милым, куртуазным и пушистым, словно над ним не довлеет образ отца, убивающего мать.


Логично предположить, что далее последует панорама духовной деградации, общего озверения и превращения в демона. Плавали, знаем. Что мы, чёрных кошек в бамбуковых зарослях не видали, что ли?



А снова фиг нам. Когда Синкити всё-таки вышел на тропу войны, он пугался каждого убийства и в ужасе трепетал, как бабочкино крыло. Нежная натура. Никакой не демон, а просто жертва эмоционального истощения после пары лет осады одержимым привидением.



Хороший мальчик, желающий таким и оставаться. Но жизнь подставляет под статью. Какого чёрта, зачем, почему? Работу не прогуливал. Жене не изменял. Старшим не хамил. Да, в голове кровавые видения и периодически хочется тюкнуть визави подвернувшимся серпом, но это не злоумышление, а повод для двух-трёх диссертаций в области криминальной психиатрии. Уберите от него серпы, и ваша жизнь наполнится приятным общением с приятным парнем.
Но серпы всегда рядом, увы. Дух Тоёсиги не успокоится, пока не заставит Синкити признать, что он способен на сознательное убийство, а не только на судорожное размахивание острыми предметами в помрачённом состоянии.
Ростовщик видите ли проклял. Но мы же видим, что проклял он больше старшую дочь, чем кого-либо ещё. Та ещё змеюка выросла.
Общий итог: сложен жизненный путь добродетельного мужчины, которого домогаются женщины, даже когда он связан обязательствами. Определённо, я в верном направлении размышляла, и только монастырь поможет парню в такой беде.
Синкити молодец, не сдался, не пошёл по лёгкому пути погружения во зло и безответственность. Все трупы, которые он за собой оставил, - они, так сказать, образовались в порядке самообороны, сперва воображаемой, а потом и реальной. Плохая идея, пытаться загнать в угол сына самурая. Вот так разрешился магистральный конфликт между женоподобием профессионального альфонса и врождённым самосознанием задиристого брутала.

Как и положено в кайданах, всё закончилось в омуте Касанэ, где жертве намеренного убийства когда-то отказали в праве на достойное погребение. Но ведь в омуте захоронен ростовщик, а не его одержимая страстью дочь, правильно?
Контрольный вопрос, чтоб вы поняли, насколько серьёзно я настроена докопаться до тайных пружин: если прОклятого бедолагу убивать женщин заставляет мёртвая дочь ростовщика, то кто четверть века назад заставил его отца убить его мать? - это мог сделать только дух самого ростовщика, ведь никаких мёртвых влюблённых женщин в сюжете тогда ещё не было.
Итак, что же мы имеем в конечной точке сюжета. Зловещий омут страстей соединил престарелого козла, о котором даже родные дочери слова доброго не сказали, и прелестного ликом юношу, имеющего склонность поступать на содержание. Ну всё, я безнадёжна, у меня везде одна тема, вне зависимости от вводных установок. Это постмодернизм виноват!

P.S.: Категорически недовольна песней под финальные титры. Голос женский неуместен, нужен мужской. Песня паршивая. А уж приплюсовывание к олдскульному кайдану современной эстрадной попсы и вовсе пфуй.
P.P.S.: Обрезанный "квадратный" кадр одобряю, не вижу ценности в пустых пространствах по краям.
Tags: 2000-2009, гомоэротический дискурс, привидения в кино, хорроры, японское кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments